Архив Новостей Все о Щекотке Реальность, как она есть Форум Щекотка.Ру Подробности
 
eng rus
 
 
 
Хостер проекта - ht-systems.ru
Сообщник Сообщник

- Почему ты танцуешь одна?

- Я тут в гостях, заскучала и ушла на ваши танцы. Никого знакомых!

- Вот как, я думал, ты с первого курса.

- А что, с остальных курсов ты уже всех знаешь?

- Многих...А как тебя зовут?

- Я Лиззи, а ты?




* * *


Ветер рвался в кабину, две банки холодного пива, завернутые в полотенце, открытое окно и скорость – вот и все спасение от жары. Тим чуть не проскочил нужный поворот, теперь осталось каких-то двести семнадцать миль спокойной езды плюс немного попетлять по мелким дорогам среди кактусов... Вспоминать хорошее – это как бы удвоить все прекрасное, что было, а потом - что еще делать три с половиной часа? Немного потерпеть – и начнется холмистая пустыня, а после заката будет прохладно.




* * *


Включили медляк, Тим пригласил Лиззи на танец, уверенно взял за талию...


- Слушай, Тим. Ты не сердись...Можно я потанцую?

- А мы что делаем?


- Топчемся как две коровы на лугу, - она нетерпеливо вывернулась из его рук и начала какой-то немыслимый танец, глядя в никуда или в себя. Словно в ней ожили древние духи диких племен. Она покачивалась и изгибалась как водяное растение, которым играет река, она, не касаясь никого, проскальзывала в толпе между танцующих пар, словно их и не было вокруг. Парни косились на нее мимо девиц, что вяло поворачивались у них в руках. Вдруг началась быстрая музыка, Лиз как подменили, теперь это был огненный смерч, который вскоре подхватил сотню молодых разгоряченных тел, и все понеслось, понеслось. Тим угрюмо подпирал стену. Что за хрень: то Синди хвостом крутит, в последний момент отказалась с ним пойти сегодня на дискотеку, теперь эта длинная упорхнула прямо из рук, дразнится и вертится как ненормальная...Она остановилась рядом, неожиданно оборвав танец, гибко обняла - так, что на мгновение наступила тишина


- Ты все-таки сердишься, я же вижу!

- Нисколько! Просто чего-то не понял.

- Для меня танец – это как жизнь. Погружаюсь и забываю обо всем.

- Ты юла или ящерица?

- Угадал, именно ящерица! Ну, ты даешь! У меня и адрес на джимейле: лизард16.

- Шестнадцать лет, значит? Такая маленькая? Не скажешь с виду.

- Этот ящик у меня давно, а маленький ты. – Тим чуть не подскочил от такого нахальства, - Решил, что если больше двадцати, то уже зрелый мужчина, и можно свысока... Пойдем, подышим, - совершенно нелогично продолжила она.


На улице было непривычно тихо, они уходили от дискотеки, за спиной продолжались вспышки света и грохот – словно там шла перестрелка. Тим свернул в сторону моря. Берег ощетинился мачтами сонных яхт. У Лиззи была удивительно грациозная походка, черные прямые волосы послушно указывали направление ветра. Говорить было легко, она не смущалась и не замечала его несдержанных взглядов то спереди, то в разрез сбоку платья. Аккуратная грудь была прикрыта чем-то неуловимо-легким.


- Откуда ты такая?

- Из Сан-Хуанито мы.

- Ух ты, на край света забралась, почти в Мексику. А как сюда попала?

- Мама к тете Мэги приехала, у них вечно длинные разговоры – я сбежала.


Оказалось, что она занимается музыкой и танцами, что хочет стать актрисой, как и полагается первой красавице в деревне. Тим ехидно заметил:


- Таких со всей страны в Голливуд ломятся, по десять тысяч в год. Но ты не горюй, в первую тыщу попадешь.

- У меня есть запасной парашют.

- Миллионер на примете?

- Вот еще! Я буду есть свой хлеб.

- Родители помогут?

- Они в разводе, а у мамы на шее сидеть уже неприлично.

- Намучаешься, я уже четвертый год так. Чиню машины по воскресеньям.

- А я изучаю фотошоп, пробую веб-дизайн.

- Ого, какие слова мы знаем! – Лиз слегка обиделась, ее выдал голос:

- А ты какие слова знаешь на своем третьем курсе?

- На четвертом. Я почти инженер по автомобилестроению. - Тим стал раздуваться на глазах.

- Япошек все равно не догоните.

- Еще посмотрим. Зато я своими руками тачку собрал. Показать?

- Далеко она? А то домой надо, я им написала, что приду поздно, но мама все равно беспокоится.

- И что такое поздно?

- Ты что, прикидываешь, успеешь ли уболтать меня?


Тим чуть не поперхнулся. Надо же, провинциалка, еще с этой деревенской «тетей Мэги», а мозги работают. И словно его опять услышали:


- Тут ума много не надо: ты меня глазами уже всю обшарил.

- Тебя это смущает? К маме проводить?

- Вот дурачок... Ух ты, как из музея! А она ездит?

- Обижаешь


Элегантный драндулет непонятной марки оказался уютным, с просторным салоном и с люком наверху, мотор работал как часики. Была бы на месте Лиззи нормальная студентка - Тим бы знал, как себя вести: добыча уже попалась. Но эта ящерица была не похожа ни на кого: эдакая смесь ясного ума и провинциальной наивности. Что она выкинет в следующую секунду?


- Где у вас тут пляж?

- Неплохо для начала! Тебе поближе или получше?

- Побезлюднее.




* * *


Тим в ужасе посмотрел на спидометр и сбросил газ. Начинались холмы и кактусы, еще полчаса – и... Ругая себя за то, что не выдержал, он позвонил. После каждого нового гудка настроение прыгало вверх и проваливалось. Он представлял то усталую маму в бесформенном халате, то любовника, мексиканца почему-то. Наконец, она взяла трубку.


- Ну, даешь, только я в душ зашла! Ты не заблудился? А то я тебя по интернету выведу

- Все О-Кей, еще девять миль по шестьдесят второй, с нее направо на сорок седьмую восьмую...я соскучился.

- И я... Не лети, у нас тут граница рядом, менты злые. И дороги трудные.

- Трудных дорог не бывает, бывают плохие водители.

- Мне холодно

- Пока, целую.




* * *


Как они целовались на ночном пляже, потом в воде, потом в машине!... Как он ее перед рассветом привез домой, как они встретились утром и не могли насмотреться и наговориться. Потом Тим пошел в гараж, а неприступная Лиззи села в машину, где, уткнувшись в газету, ее ждала строгая мама, - и уехала. Тут Тим очнулся: Синди ушла! Ушла! Эта деревенская малолетка испарилась из памяти, словно не было. Целую неделю Тим забывал свою злость только в гараже, а потом, сгорая от ревности и обиды, он ждал звонка от Синди. По вечерам за компьютером он с досадой разгребал бессмысленные письма, все не от Нее... он даже от скуки написал Лиззи. Та сразу отозвалась. Она лечила настроение как кошка, не понимая причины, а его письма, помимо воли, выходили насмешливо-колючие, а фото, которые она выпросила были все какие-то дурацкие. Как-то за полночь – звонок. Сердце екнуло: Синди решила помириться? На том конце прошептали:


- В субботу вечером мама слиняет до утра.

- Лизард!! Ящерка моя! А приехать можно? - Она долго смеялась,

- Нужно! - потом добавила – Только не раньше восьми, а лучше в девять.




* * *


До девяти оставалось совсем немного, и Тим подъезжал к ее городку. Он прижал газ, перевалил через холм и покатился вниз на нейтральной. Внизу он лихо вписался в поворот...


Фак!! Справа замигало красно-синим. «Накрылся мой воскресный заработок!» – с тоской подумал Тим и добавил еще десяток слов из арсенала хмурых ковбоев Колорадо. Выключил музыку. Из мегафона нетерпеливым тоном раздалась команда –


- Сверните вправо на грунтовую дорогу. Он остановился, заглушил мотор. К машине быстро шагала смуглая полицейская с фонариком. Она была приземистая и крепкая, лет под сорок.

- Лейтенант Нэнси Арден, превышение скорости. Пожалуйста, Ваши права, страховку...

- Да здесь семьдесят на знаке, я не превышал.


- Сэр, видите – буквы: километров в час, а не миль: Мексика рядом, там в километрах меряют. Кого ни остановишь – у всех одна отмазка, придумали бы что-то поновее...А ну-ка!! - голос хлестнул словно плетка, Тим поднял глаза – на него был направлен фонарик и дуло пистолета.


- Руки высунуть через окно! И без фокусов. На запястьях Тима щелкнули наручники.

- Я не понимаю, с каких пор за такие пустяки арестовывают.

- Сейчас поймешь. Давай на заднее сидение, живо! - Под дулом Тим пересел назад.

– Руки за голову! - Лейтенант Арден просунула цепь под ручку в потолочном люке, защелкнула еще одним замком. Потом она ушла, а вернулась с папкой.

- Посмотри, может, знакомых увидишь – Она показывала портреты в анфас и в профиль, или фотороботы. Рожи были еще те...

- В первый раз вижу, господин лейтенант.

- А этого тоже не знаешь? Тим вздрогнул: это был он, или почти он: только брови чуть гуще и подбородок тяжелее.

- Андрес Рамирес, наркотики, ограбление, побег...

- Это не я, вот мои документы.

- Если ты и правда.. э-э- Тим Бэйкер, 87-го года рождения и так далее, то зря ты пиво пил. За это - штраф, и можно прав лишиться на несколько месяцев. Законов не знаешь?

- Да не пил я пива

- Ну-ну, от тебя пахнет... анализ покажет, - она достала рацию. Оттуда отозвался усталый женский голос.


- Восьмой, что у вас? Лейтенант прижала трубку к уху и отошла в сторону. Однако в ночной тишине пустыни Тим различал каждое ее слово, и на душе становилось пакостно

- Кажется Рамирес собственной персоной. Ближайший сообщник самого... – Рано поздравлять, пришлите оперативников и собаку, пусть багажник понюхает. Могу...Да вы что, прямо все на задании. никого нет? Допросить – да, тогда пришлите кого-нибудь из практикантов, кто на этой новой хреновине умеет работать...Камино дель-Оро, у оврага... Случайно... Скорость превысил, тем хуже для него.



Звенели цикады, силуэты кактусов стояли словно люди. Вдруг ожил мобильник - Тим, извиваять, попытался достать его из нагрудного кармана, но куда там - руки были пристегнуты высоко. Сволочь ментовская, хочет звездочку на мне заработать, но тут ей облом, чтоб ты провалилась!!


- Мадам, извините, моя девушка звонит, дайте мне, пожалуйста, поговорить. Она волнуется. – лейтенант Арден запустила руку в карман и невозмутимо вылючила телефон.

- Что Вы делаете, она с ума сойдет.

- На жалость бьешь – не выйдет. ...А вот и техник подъехал, сейчас допросим на детекторе лжи, дешево и сердито. - Из машины, что остановилась сзади вышла женщина с большой сумкой. В зеркало было видно, как она немного нескладной, грузной походкой направилась к ним.

- Господин лейтенант, сержант Ларсен. Прибыла для проведения...- она говорила с легким скандинавским акцентом, а голос Тиму не понравился – резкий как у чайки. Она была с большой грудью и высокая, лица он не разглядел, мелькнули волнистые рыжие волосы. - Лет тридцать корове, прикинул Тим.

- Новенькая?

- Так точно, на той неделе закончила курсы, прибор в порядке, мошно приступать?

- Давай помогу. Куда этот фонарь?

- Он должен светить в лицо подозреваемого с расстояния примерно пять футов.

- Зачем это?

- Проводится синхронное измерение всех параметров: сопротивление кожных покровов, поворот глаз, напряжения между руками и между ногами. Тим не выдержал и нервно рассмеяться. На него не обращали внимание, он был просто объектом «измерения».


Ларсен снаружи возилась с проводами, а лейтенант уже прикрепила лампу на присосках к лобовому стеклу. Свет ударил по глазам, Тим зажмурился, он почувствовал себя как под микроскопом.


- Вот прикольно будет рассказать Лиз, но сколько он проторчит здесь? И этот гребаный штраф...и пиво. Теперь уже ничего не сделаешь, надо только их не злить.

- Пожалуйста, правую руку – Сержант нависла над ним, касаясь его головы грудью. Тим совсем не кстати заволновался, тут на него ловко нацепили браслеты с контактами. Ишь ты, ногти отрастила...


- Теперь левую, пожалуйста. - Каким-то шестым чувством Тим понял, что эта рыжая дылда будет не так строга, как черномазая лейтенантша.

- Жарко Вам здесь?

- Ох, не то слово. Никак не привыкну. – она привычно отерла пот рукавом. И остановилась растерянно.

- Господин лейтенант, наручники надо снять: они руки соединяют накоротко, а потенциал между руками – важный параметр.

- Нет! Пока мы не знаем, что за птица – лишнюю свободу давать нельзя. Арден отошла к машине и вернулась мотком веревки. Вскоре левая рука оказалась привязана к ручке в потолке, а правая – к подголовнику заднего сидения. Тиму поймал себя на том, что ему неспокойно от прикосновений, но про это он Лиззи говорить не станет.


- Теперь ноги, будьте добры. - Ларсен, сопя, присела и стала бороться с непослушными проводами.

- Господин лейтенант,- голос был виноватый - у меня аллергия на местные цветы, в носу все опухло, а тут еще наклоняться надо.

- Сержант, а если ноги повыше –хоть сюда – Лейтенант Арден подняла подголовники

- Спасибо, господин лейтенант, так мне удобнее.

- Суй ноги сюда, приказала она, держа руку на кобуре. -Тим подчинился, подголовники тут же опустили.


- Не жмет, вроде?

- О кей, не больно. Простите, господин сержант, а это надолго?

- Процедура занимает десять-двенадцать минут. За это время степень достоверности достигает нужного уровня...Можно начинать.


Она села на переднее сидение и уставилась в экран ноутбука, потом, полуобернувшись, начала допрос.


- Ваше имя

- Тим Бэйкер

- Адрес проживания...Возраст...Род занятий...Институт...Отделение...и вдруг

– Вы вчера зарезали женщину?

- Нет!! И не надо на меня ничего вешать. Я весь день проторчал в университете, а потом до ночи в гараже, у меня сто свидетелей!

- Спокойно, сэр, Вас не подозревают. Просто вопросы. Лейтенант Арден стояла у окна, лампа освещала ее скептическую мину. Лицо Ларсен блестело от пота, капризные складки возле губ, тяжеловатый подбородок, глаз не видно из за этой гребаной лампы. но в целом она ничего, особенно, сиськи – подумал Тим. Его начало все это забавлять. «Спросить что ли телефончик, когда коротышка отойдет... хотя старовата она для меня...»

- На каком Вы курсе учитесь? Фамилия декана...

- Первый шаг - калибровка осуществлена. Спасибо...Итак – цель поездки

- Визит к любимой женщине

- Сколько раз бывали здесь

- Первый

- Ее имя

- Синди,

- Фамилия

- М-м-м ...не знаю

- Адрес

- Вилла Энтрада, угол с восьмой авеню, она там меня встречает.

- Они не пересекаются

- Пересекаются, я смотрел в Гугле.

-Вас зовут Андрес Рамирес?

- Нет

- Источник дохода?

- Ремонт автомобилей

- Вы бежали полгода назад из тюрьмы?

- Нет


Ларсен неуклюже выбралась из машины. Она была встревожена, так что даже акцент усилился


- Господин лейтенант, тут не все ясно. Похоже, что про её имя он врет, а фамилии действиетльно не знает. И адрес. Далее: источник доходов не уверенно. Не точное соответствие скачков потенциалов и сопротивления. Корреляция с движениями глаз слабая. И наконец, (она сделала паузу) там на полу две банки из-под пива. Это серьезно...меняет интерпретацию, поскольку...

- Ненадежная техника. – бросила Арден.


Тим начал терять терпение: выписали бы штраф да отпустили. Тянут время, дуры.


- Да не бандит я, вы просто техникой пользоваться не умеете...- Он понял, что зря открыл рот. Сержант Ларсен обиженно засопела. Смуглая полицайка невозмутимо продолжала:

- Сейчас я сделаю запрос по нему, придется подождать часок, или поменьше, если все в порядке. Сержант, Вы свободны, можете ехать.

- Господин лейтенант, он меня оскорбил при исполнении, этот подозреваемый, - Тим был готов откусить язык.

- Выписать что ли ему штраф? Но если он и правда, студент, то он нищий, черт с ним. А если Рамирес – то еще лет двенадцать заплатить не сможет.


- Считаю, что с ним надо провести воспитательную работу.

- Что Вы имеете ввиду, сержант?

- Я в детстве младшего брата за такое...как это будет...тиклила... – она поскребла длинным накрашенным ногтем по ступне, торчащей из подголовника..- «А-Ай!» вскрикнул арестованный -, она невозмутимо закончила – «пока он не попросит прощения или в штаны не надует». - Тим пришел в ужас: он всегда боялся щекотки, а тут эта рыжая корова с ногтями, и его беззащитные пятки. С издевательской интонацией Ларсен сказала:


- Представьте себе, этот наивный, старинный метод, но очень помогает. И никаких следов, разве что мокрые штаны.

- Простите, господин сержант, я только хотел сказать, что женщины и не должны разбираться в технике, это мужское дело, так сложилось.

- Вы продолжаете оскорбления. Ничего, сейчас я научу Вас хорошие манеры. Пригодится в жизни. – Она сорвала с Тима шлепанцы и провела ногтем по подошве


- О-ой,не надо!


Ларсен обрадованно засмеялась и занялась обеими пятками,


- ХА-ХА-ХА-ХА-А-А, - пятки вертелись, пытаясь укрыться от проворных пальчиков, но куда там. Подголовники держали мягко, но крепко. Ой-ХА-ХА-ХА не надо!! Длинные ногти настигали беззащитные пятки Тима, царапая по подошве, забираясь с верхней стороны. Лицо сержанта было скрыто темнотой, фуражка съехала на сторону, рыжие кудри светились в лучах этой сумасшедшей лампы, Тим различал злорадную усмешку.


- Сейчас я тебе покажу, как женщины ни в чем разбираются!


-Не-е-ет! Хо-хо-хо-хо! под пальцами ног щекотка была просто неописуемой, похоже, тренировки на младшем братике, даром не прошли. Тим извивался всем телом, срываясь со смеха на визг. Через пару минут эта рыжая корова (а кто ж она еще?!) устроила передышку.


- Нет, говоришь? Не понимают? Она дотянулась Тиму до колен, слегка сжимая с верхней стороны. Дергаясь и срываясь на визг, Тим промямлил:


- Понимают женщины все! Особенно, полицейские! Не щекотите только!


-Вы мне не можете приказывать, тем более, в присутствии офицера – Ларсен снова взялась за него: она поймала ступню за большой палец, а ноготками другой руки стала выводить бесчисленные узоры на пятке, которая уже не могла вертеться как прежде.


- ХА-ХА-ХА-ХА-НЕ-Е-Е-НА-ДО-А-А. Щекотка была просто сумасшедшей. Вскоре сержанту с ее ростом надоело стоять, согнувшись. Она села на водительское место, устраиваясь поудобнее. Тим хватал ртом воздух, приходя в себя. –«Ни хрена себе добрый полицейский. Детство в ней играет, мать ее... в какой-то извращенной форме. Пожалуй, черномазая, добрее будет. По крайней мере, все по закону, ноль эмоций». Кудри рыжей коровы мягко коснулись его подошвы.


- Какой странный подголовник! Какой-то гладкий и теплый – сказала Ларсен голосом пакостной пятиклассницы. – и начала щекотать Тима снова. Тот дернулся и попал полицейской носком по затылку.


- Так, сопротивление полиции при задержании, - Ларсен явно наслаждалась моментом. Я уже хотела простить Вас... как большого специалиста в технике...но, похоже – рановато. И вот что – еще раз меня ударите – буду щекотать до утра. - Ларсен подняла левую руку к затылку, а правой нашла правую ногу Тима – и защекотала обе пятки одновременно.


- ХА-ХА-ХА-ХА-не-ХА-Ха-на-ХА-ХА-до-ХА-ХА!!! Он как мог, старался не дрыгать ногой, но от этого щекотка была вообще нестерпимой. Тим чувствовал, что мышь в лапах кошки куда более счастлива. Ему снова дали передохнуть.


- Уже устали, Сержант? Теперь моя очередь. – Тим почувствовал, что его предали. Черномазая села на заднее сидение рядом с Тимом и легонько потыкала пальцем в открытый правый бок. Арестованный начал вздрагивать и вскоре рассмеялся, и тут же отодвинулся подальше сколько мог. Дальше не пускали ноги, зажатые в подголовниках. По лицу пробежала гримаса боли, лейтенант Арден все поняла.


- Так! Только без повреждений и синяков. - Она просунула левую руку Тиму под спину и не напрягаясь передвинула на прежнее место, обхватив так, чтобы не дать отодвинуться. Ее дыхание касалось шеи Тима, и он начал опять думать не о том. Хорошо, что в темноте ничего не было заметно. А эту мексиканку было бы неплохо...хотя она еще старше, и ...тут ему под футболку справа забралась рука лейтенанта Арден. Она словно выбирала с чего начать. Тим замер и сжался, приготовившись терпеть: с боков он не так уж и боялся щекотки, но вдруг отчаянно забился на кресле

- ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-АЙ-А-АХА-А!: оказалось, что та рука, что держала его, тоже имеет щекотливые пальцы, и они достали задержанного, откуда он не ждал. Полицайка смотрела на него с удивлением, уворачиваясь от болтающейся головы.


- Это ж надо, сержант, сколько визга может поместиться в одном мужчине. Она с интересом продолжала перекатывать пальцы через ребра Тима. Когда смех ослабел – Арден остановилась.

- Сержант. Визг кончился, может, хватит с него? Арден вопросительно покосилась на сержанта.

- Я не уверена, что кончился. похоже, что чувствительность нервов притупилась. Предлагаю пощекотать другие ребра или подмышкой.


- Вот, гадина, подумал Тим и тут же снова залился смехом.


- ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ОЙ_ОЙ Шекотно-о-о, пустите!!. Пухлые пальцы полицайки бегали с места на место, не давая передышки. То с правого бока, то подмышкой, то на животе. В поисках нового щекотливого места ее рука порой спускалась по животу слишком низко и, как ни в чем не бывало, щекотала так же безжалостно. Вскоре она начала натыкаться на что-то новое, что, как выяснилось, тоже боится щекотки. Лейтенант Арден легла боком Тиму на колени, так что сержант ничего не могла заметить, даже если обернется. «Что она делает? Или она совсем отупела, дослужившись

до лейтенанта? Или это намек, такой по-полицейски тонкий» - К счастью, футболка выбилась из-под шортов и скрывала все лишнее. Тим не ожидал, что щекотка и желание могут образовать такой сплав...Вот бы ее... Короткий взгляд на часы -


- Сержант Ларсен, даю Вам еще пять минут, а я так и буду держать, чтобы ноги не сломал в подголовниках. Пока сержант щекотала пятки и снизу под коленями, Арден развлекалась с его боками, животом и еще...или Тиму показалось после долгого воздержания. К концу экзекуции у него не было сил смеяться и дрыгаться, женщины заметили это и перестали щекотать, не дожидаясь обещанных пяти минут.


- Все, досрочное освобождение, но только от щекотки, сержант. Забирайте детектор, я проверю этого типа по компьютеру. - Пока Ларсен сматывала провода, лейтенант Арден принесла камеру и прибор для снятия отпечатков. Тим продолжал сидеть в идиотской позе с ногами в подголовниках, мокрый от пота - таким он и попал в кадр.


- Не волнуйтесь, подозреваемый, кроме лица и шеи на снимке ничего не останется.

- Спасибо, господин лейтенант, а проверка надолго? А то девушка ждет.

- Пальцы сюда приложи, по одному... в среднем, полчаса, но по-всякому бывает

- Девушке позвонить можно?

- После проверки, если все хорошо. Сержант, спасибо за помощь, в понедельник проанализируем работу прибора. Хорошего дежурства.

- Здравия желаю.


Они ушли, Ларсен, заволокла бесполезную сумку в свою машину и уехала, слава Всевышнему, а ее командирша нацепила наушники и села за пульт. У Тима в голове метались разреженные мысли, они то разбегались по углам черепа, то сталкивались и кололись в куски. Лиззи ждет, бедная , думает, что я свернул шею на этих дорогах...А эта смуглявая ничего, или только в темноте?...Что ей надо от меня, была бы помоложе раза в два...Будто она не знает, где кончается щекотка и начинается секс ...чтоб у нее руки отвалились, у садюги...у обеих чтобы все отсохло!.. а компьютер у них того же качества, что и детектор лжи.


Вскоре она вышла, улыбаясь.


- Поздравляю, сэр, у Вас все хорошо. От имени полиции южного округа приношу извинения за доставленные неудобства.

- Значит можно развязать меня, господин лейтенант? - Она подняла подголовники, и Тим поставил ноги на пол, потом села рядом с ним на заднее сидение.

- Подождите, у Вас при себе оружие...незарегистрированное. Озорная усмешка пробежала и тут же пропала, оставшись в глазах, лейтенант не спеша рассматривала распятого Тима.

- Какое оружие? Нет никакого оружия!

- Сейчас обыщем задержанного – полицайка провела ему по бокам, по карманам...- А это что? - Она погладила Тима так, что дыхание остановилось, потом расстегнула ему шорты. – Так и занесем в протокол: при обыске обнаружен ствол.- Она начала его нежно гладить и массировать. Такое уже нельзя было выдержать.. .Тим застонал. С трудом ворочая языком он прошептал,

- Этот ствол зарегистрирован, господин лейтенант. - Он стал двигаться навстречу руке

- Где зарегистрирован? – она легонько постукивала пальчиками по стволу... зови меня Нэнси, глупый

- В моем паспорте, там пол указан...мужской

- Допустим...Оружие заряжено? - Ее рука взялась за мешочек с зарядами

- Еще как! Аа-хх. М-м-м, еще, Нэнси, ну пожалуйста!

- О, это нехорошо... нехорошо, опасно – она шептала в самое ухо,

- А чего бояться? Я хорошо стреляю, - Тим покрылся мурашками

- И где стрелять будешь, у своей, как там ее ? – пальчик Нэнси отыскал самое заветное местечко снизу ствола и закружил там, сводя Тима с ума.

- Да здесь же! Можно меня отцепить? – Веревки развязались в момент, Тим размял затекшие конечности. Дрожа от волнения, лейтенант Арден скинула форменную одежду, бронежилет...и предстала ладной спортивной, смуглой, с круглой грудью и плечами пловчихи, которые вспыхивали красным и синим в лучах мигалки. Тим не стал дожидаться, пока она снимет ботинки, он схватил полицайку за талию, прильнул всем телом...


- Ты что, не умеешь с женщиной обращаться?

- Умею. Еще как! Дай я сидение разложу

- Ишь ты, прямо двуспальная кровать

- Ну, что ты медлишь, Нэнси!

- А ты не беги, красавчик. Лучше поцелуй здесь, а рукой сюда, еще, еще. Ах, сладко! А теперь давай вот так... Ой! С ума сошел? Это тебе не гайки крутить. Тим наконец, приноровился и грозная лейтенант Арден начала стонать и трепетать всем телом. А потом – он словно попал в торнадо, а душа улетела к звездам. Его вертели и стискивали, его останавливали у самого края и отпускали вновь. Полицейска форма смешалась с нехитрой одеждой Тима на полу машины...




- Ну ты тигрица, я думал, разорвешь меня – они сидели рядом рука в руке, переводя дух.

- Извини, погорячилась... и места здесь маловато...Что, понравилось?

- Не то слово. Так хорошо ни с кем не было!.. Хочется еще раз превысить скорость и попасться. Нэнси пробежала пальцами по его ребрам. Тим захохотал и вывернулся.

- Воспитательная работа понравилась? – от рук Нэнси было не укрыться, а «после этого» щекотка сделалась просто ужасной.


- ХА-ХА-ХА-ХА-ХА! Нэнси, за что? - Отчаянно вырываясь, он передвинулся на край и забился в угол, зажатый с одной стороны задней дверью, а с другой – натиском сильной и упругой женщины, он еле нашарил ручку двери и вывалился наружу. Она поймала Тима уже на полпути к земле и втащила в салон.


- От полиции не убежишь. А сержант молодец, хорошо придумала тебя проучить. Вот так!

- Ха-ха-ха-ха-ха. Отстань¸ балда! – Тим аж сам испугался своей фамильярности. - Эта ваша гнусавая Карлсон настоящая садистка. Если бы я что и знал – раскололся, детектор лжи отдыхает.


- Ладно, попадешься – щекотать не стану. А ты часто сюда ездишь к этой Синди?

- Первый раз. Но буду приезжать обязательно...хотя она с характером, разругаемся еще...Да и далековато мне.

- Зато со мной не разругаешься.

-Ты классная, Нэнси. Мозги не крутишь, в жизни разбираешься, не то, что студентки – то она обидится, что я не внимательный, то глазки кому-то строит, а назавтра ревнует, то она не хочет – а я хожу как дурак, только об одном и думаю!

- Детство это. Дай им года четыре

- Строгого режима...- Они упали друг на друга и расхохотались

- А ты замужем...или можно видеться у тебя?

- Мужа нет, но у меня ребенок в доме. Зато я на курсах как раз в вашем университете, и родня живет недалеко. Найдемся.

- О кей. – Тим записал на бумажке ее телефон под именем «коп», и действительно, Нэнси оделась мгновенно, и вместе с формой к ней вернулась профессиональная строгость. Она сходила к полицейской машине и тут же вернулась.


- Слышишь, студент, ты пиво не пей за рулем. Сейчас я должна сделать тест на алкоголь. Ларсен про две банки обязана доложить, такой порядок...Так вот она уже доложила. – Тим прямо физически ощутил, как упорхнули несколько сот долларов, - Теперь мне приказали проверить...Да не трусь, пока ты дрыгался от щекоток...ну и все остальное, так весь спирт и вышел. Дыши! - Тим повиновался, с испугом глядя на лейтенанта. Она улыбнулась


- Пронесло. Славно попотели, с тебя причитается. Я как услышала про щекотку – поняла, что это спасение, хотя щекотать задержанного - это не по закону. Может, у них в Европе по-другому, не знаю.

- Спасибо, Нэнси. Лучше бы я пробежал десять миль

- Вот и объяснил бы, умник, все это молодому сержанту! Который плохо сработал на глазах у начальства, а ты ее еще обмакнул... Я тебя прикрыла, так что мы сообщники.

- Думаешь, сдавать тебя пойду? .

- Ладно, езжай к своей молодухе...нет, постой!

- Что-то не так?

- От тебя женщиной пахнет за версту. Помойся, я воду принесу,

- Где же ее тут взять?

- Тут все с водой, особенно если на улице работаешь: часа два не попьешь - и в обморок можно упасть. - Она вернулась с большой флягой.

- Нет! К кактусу не подходи, наколешься не дай Бог!


Они обнялись на прощание и поехали каждый в свою сторону.




Тим тут же включил телефон. На нем было несколько непринятых звонков, он набрал Лиз


- Тим! Что с тобой?


- Все хорошо, полиция заловила, скорость превысил. Какие-то злые бабы, за бандита приняли, разбирались. – Он слышал свой голос как бы со стороны...и не верил ему.

- Ты в порядке?

- Теперь все о кей. Понервничал. И ты тоже, я смотрю

- Ну да, я столько звонила, а ты не отвечаешь.

- Они телефон отключили...да ладно – все позади, скоро буду.


Тим открыл окно, чтобы быстрее высохнуть под еще теплым ветром пустыни. Потом он заправил машину, «нечаянно» облив руки бензином. – Теперь запах отобьет, он для надежности вытер руки о футболку и шорты...




Фонарей на улице не было, номеров на домах – тоже. Зато все окна на первых этажах были забраны решетками. В одном доме дверь была открыта, и в полоске света стояла Она, платье колыхалось под ветерком, и казалось, что Лиз пританцовывает.


- Ну и несет от тебя, ты что, не мылся после гаража?

- Не успел, я сразу к тебе рванул. – Тим осторожно обнял Ящерку

- Поспешишь – людей насмешишь. При последнем слове Тим содрогнулся. Лиззи беспечно улыбалась, гладя его по волосам.

- Ладно, проехали. Ты сегодня опять скромницу играешь?

- Бука! Пойдем, дотанцуем то, что тогда не успели. Я побоялась на пляже...


Она трепетала как огонь, извивалась змеей, нет ящерицей!! В этом танце Тим оказался ведущим, он только удивлялся, откуда в нем столько сил. Он вспомнил все, что умел, включая изысканные штучки от Нэнси. Иногда они уходили на кухню попить холодной колы, потом возвращались друг к другу, словно хотели насладиться за все время разлуки и на будущее. Уже рассвело, когда Лиззи последним усилием воли дотянулась до будильника.


- Я на восемь ставлю.

- Может, поленимся?

- Мама к девяти придет. Надо успеть все убрать, кофе попить. - Тиму нарисовалась измученная полнеющая медсестра с кругами под глазами после бессонной ночи.

- Ах да, строгая мама. Клизму поставит, ведерную?

- Хуже. Ампутирует все!... И мне жутко попадет!

- М-да, жестоко. А в чем дело?

- А в том, что...мой возраст ты угадал.

- Она что, в средние века живет? Сейчас все рано начинают - что в столице, что в захолустье, вроде моего городка.


- Ее не переспоришь...Знаешь – утром ты уйди и возвращайся в полдесятого. А скажу, что ты со мной учишься. Надурим ее!


- Сообщники, мля! Мне к двум на работу надо. Приезжай ко мне в общагу, там спокойнее. Так что, твоя мама хирург или медсестра?...– Лиззи тихонько посапывала, легкая полуулыбка заснула у нее на губах.




- Тим, все пропало!! Просыпайся же, ну!

- Это ты про свою невинность? Я ее не брал. – Она несильно шлепнула его по щеке.

- Балбес, мама дома.

- Что ей не спится с утра в воскресенье?

- Она с дежурства вернулась, а я будильник выключила, думала еще минутку поваляюсь.

- Я его вообще не слышал. Какая ты красивая с утра!

- Оденься хотя бы. Что-нибудь придумаем, - она наскоро причесалась, Тим, уже одетый, приглаживал волосы и читал какой-то учебник по музыке. Еще пару книг он кинул на только застеленную кровать.


- Может, в окно? Как в анекдотах...

- Там решетка! - Стук каблуков приближался к их двери. Тим опять представил тетку за сорок в белом халате.

- Да, сейчас уже клизму набирает, - сказал он, ухмыляясь, и перевернул учебник, который держал вверх ногами. Лиззи уже была в джинсах и в застиранной футболке, под которой читался целомудренный лифчик. Другой человек...только в глазах искорки остались, или показалось.


Тим чуть не свалился со стула: в дверях, по-хозяйски облокотясь на косяк, стояла... лейтенант полиции. В бронежилете, надетом под китель, с кобурой. У Тима вдруг все срослось: Лизард – это же Лиззи Арден, как же он раньше не понял? Теперь было поздно.


- Ну?! Элизабет! Тим увидел, как побледнела Лиззи. - Что это все значит?

- Мамочка, это из нашей школы, он тоже музыкой занимается, он...

- Тим Бэйкер, 22 года, уроженец Лонгмаунт, штат Колорадо, обучается в...

- Ты его знаешь?

- Что за привычка врать матери? Он мне вчера попался на Камино дель-Оро, превышение скорости. Я твоего, так сказать, школьника еще перед домом узнала, по машине


Тим смотрел на Нэнси со смешанным чувством, но та и помнить не хотела про вчерашнее.


- А ты что уставился? с несовершеннолетей спишь? В тюрьму упеку, гаденыш!

- Господин лейтенант, эту ночь я провел с моей женщиной по имени Синди, а к Элизабет я я приехал полчаса назад.

- Кому ты рассказываешь? Вся машина в росе, это значит, тебя до рассвета принесло.

- Я думал, Лиззи уже восемьнадцать, она такая умная.

- Пой, ласточка. По закону ты должен спросить удостоверение личности прежде чем лезть в постель.

- А у нас ничего не было, он на полу спал. Так-то! Вот и Тим подтвердит...

- экспертиза покажет. - Арден сняла с пояса наручники. - Давай руки, живо!


Тим понял, что спасти его может только Лиззи. Она в слезах подошла и встала между ними


- Мамочка, я ему наврала, что я совершеннолетняя. Мы на танцах познакомились, когда мы с тобой к тете Мэгги ездили.

- Да что ты говоришь! Вот, учебники все перед носом, а он как бы не видит. – Арден двинулась на Тима - Ей еще в школе больше года осталось..

- Мама, он замечательный, он лучше всех, если ты его посадишь, то я пропаду. Она прошептала что-то Нэнси.

- Да помню про нее. Ладно, не пугай, а то в психушку сдам.

- И останешься в старости одна, зато со своей правотой. На лице лейтенанта Арден отразилась внутренняя борьба. Она переводила взгляд с одного на другого...


- Все равно я тебя накажу, совратитель малолетних... прямо здесь. В старые добрые времена надавала бы обоим ремнем так, чтобы неделю сидеть не могли...


- Что ты собираешься делать, мама?

- Арден пошевелила в воздухе пальцами и усмехнулась:

- Щекотать его надо. Пока в штаны не надует, или до потери сознания. Тим пришел в ужас, но отступать было некуда. И в туалет с утра он не успел.

- А ты, шлюха, как раз и будешь его щекотать. Тогда прощу...может быть. А если нет – сама его защекочу. А тебе машины не видать, пока сама не заработаешь.


- Давай он нам поможет забор починить – польза будет.

- Размечталась! Забор ты сама сделаешь, целые каникулы впереди,

- Я не умею щекотать, и ногтей у меня нет

- Научишься. А будешь плохо щекотать – больше не увидишь своего хахаля. Просидишь все лето дома..


Ребята переглянулись – Лиз улыбнулась одними уголками. До Тима дошло, что она не собирается щекотать сильно, скорее будет делать вид.


- Ты, развратник, снимай футболку, а теперь обними Лизку...И ты его тоже...Хороши голуби! – Тим не понял, что за смена настроения у полицайки, но тут на нем неожиданно закрылись наручники. Лиз оказалась в кольце его рук, так что беззащитные бока оказались прямо под ее пальчиками.

- Джазовая импровизация, за роялем Элизабет Арден, - объявила полицайка неожиданным клоунским голосом. - Жюри дает десять минут, в случае неудачного выступления можете сыграть заново!

- А что значит «удачное выступление», мам?

- Что-что? Мокрые штаны. Время пошло.


Нэнси устроилась в кресле и наблюдала. Лиз наклонилась к его уху -


- Я щекотать буду понарошку, а ты...ты подпусти немножечко,. Главное – смейся натурально.

- Совсем сдурела, малолетка? Никогда в жизни!

- Тише! Ты про нас подумай! Тогда нам конец, до осени не увидимся, целая вечность.

- У тебя есть бутылка воды? – Тим зыркнул на Нэнси - она смотрела в их сторону.

- Как ж ее возьмешь сейчас? При маме?

- Мымра старая...

- Тим, не надо маму обсуждать. – Лиз посмотрела на него неожиданно грозно.

- И ты, балда, будильник ставить не умеешь! Это тебе не по сцене прыгать, тут мозги нужны. – Ящерица вдруг поникла всем телом, потом вдруг выпрямилась, на лице проступили пятна.

- Иди в задницу, грубиян! Все время меня обижаешь – почти крикнула она.

- Главное – правильный настрой перед выступлением - ехидно комментировала Нэнси из кресла. – Но пора играть, не тяните время!


Лиз нежно погладила кончиками пальцев подмышки Тима, но тот не шелохнулся, тогда она нажала чуть сильнее и, продолжая шевелить пальцами, стала медленно спускаться по бокам. Дыхание стало прерываться, а где-то на середине боков Тим не выдержал и расхохотался. Ящерка обрадовалась, ее руки заплясали на самом чувствительном месте.


- ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХАА-ХААХА!!! Щекотка, казалось, сверлила Тима насквозь с двух сторон, он крутил телом, пытаясь увернуться, но Лиззи следовала за ним, не выпуская из пальцев. Они метались по комнате, наконец, Лиз изловчилась и толкнула Тима на кровать. Его руки, схваченные наручниками, бесполезно торчали вверх, обняв гибкую и по-девичьи сильную спину, - ни закрыться, ни оттолкнуть.


- ОО-Й-ОЙ-ХА-ХА-ХАА-ХА-ХА! НЕ-НА-ДО!!

Лиззи прошептала ему:

- Ну написай капельку, что тебе стоит? И все кончится.

- Отвали, идиотка! – Тима жег стыд от одной мысли, что он может оконфузиться в присутствии обеих своих женщин.

- Сам ты! Но я тебя переупрямлю! - Лиз добавила что-то по-испански крепкое и продолжила щекотать бока, а губами достала до его шеи. Теперь они извивались на ее кровати, словно непонятное двухголовое чудовище без рук, пыхтящее и визжащее...Смех начал ослабевать, Тим увидел как Лиз с надеждой глянула к маму:

- Все, ему больше не щекотно. Ничего не могу сделать.

- Чувствительность нервов притупилась. Щекочи ему другие ребра или подмышкой, или талию.

- А ты откуда все знаешь?

- Возбуждение- торможение, все просто, физиология. Полицейский даже роды может принять, подумаешь, щекотка...Нэнси еще что-то ворчала, но ее заглушил поросячий визг Тима. Лиззи нашла на нем удивительное место – сзади, на нижних ребрышках. Она подсунула пальцы под низ его спины и стала ими весело шевелить. Тим беспорядочно дрыгал ногами, то и дело задевая Лиз. Затем она догадалась, что Тим слишком сильно прижат к кровати- тогда Ящерка села на него верхом, но руки Тима по-прежнему оставались сцепленными за ее спиной. Зато до Тима теперь стало

легко добраться.


- А-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-НЕ-Е-Е-Т- ЗДЕСЬ-ХА-ХА-НЕЛЬЗЯ-ХАА-ХА-ХА. – Шустрые пальчики Лиззи защекотали его повыше поясницы.

- Мамочка, я, кажется, сейчас сдам зачет.

- НЕ ЩЕКОТИ, ДУРА-ХА-ХА-ХА-ХААА-ХА-А-А!!!!! – Лиз прекратила щекотать –

- Дура, говоришь? Посмотрим сейчас на твой умный вид. – Ее усмешка не обещала ничего хорошего. Одна рука Ящерки втиснулась между их телами, пробралась к низу живота, Тим вдруг почувствовал безумное желание остаться с Лиззи наедине...но ее рука коварно нажала на мочевой пузырь

- Пись-пись-пись, мой маленький мальчик! - она прошептала в самое ухо, а свободная рука защекотала Тима с новой силой. Тим напрягался, чтобы остаться сухим, но смех делал его беспомощным. Каждая рука Лиззи была по-своему настойчива, и Тим делал невероятные движения, чтобы увернуться. Еще чуть-чуть – и эта малолетка победит его!! Спасение пришло неожиданно:

- Лизка, десять минут прошло. Незачет! Стоп! – Тим лежал, хватая ртом воздух. Он страшно разозлился на Лиз, но понимал, что его слова задели ее за живое. «Черт побери, так же было и с Ларсен!!». - Проклиная свой дурацкий язык, Тим дал Ящерке выползти из кольца его рук и уселся на кровати, на которой все сбилось в кучу.


- Господин лейтенант, по-моему, я достаточно наказан, отпустите меня. – рядом стояла Лиззи, красная от борьбы, на ее лице играла недобрая усмешка. «Неужели она забыла, как мы ночью...И не жалко ей меня?» - в панике думал Тим.

- Мама, я ни одного зачета не провалила в своей жизни. Дай мне еще один шанс.

- Что, машину на лето захотела? Чтобы ездить к этому?

- Да... Он такой замечательный...- Тим аж встрепенулся - но надо ему кое-что объяснить.

- Элизабет, были бы у тебя нормальные ногти, как у одной моей коллеги – могла бы пятками его заняться. - У Тима отлегло от сердца: такие нежные пальцы его подошвам не страшны.

- Мам, ты же знаешь: или музыка, или красивые ногти.

- Ну-ка, совратитель малолетних, ложись на спину. Чтобы пятки были в воздухе.- Нэнси села Тиму боком на колени, мягко прижав их к кровати.- Лизка, пересдавай зачет. У тебя еще пять минут. – Тим был в смятении: если он не выдержит – значит эта соплячка возьмет над ним верх, а если выдержит – не видать ему Лиззи долго-долго. А там, глядишь – и дружка заведет, ей это раз плюнуть...По пяткам пробежал легкий ветерок, это было не щекотно. Скорее – изысканная восточная ласка. Он сделал вид, что щекотно: стал отдергивать ноги, но его тут же раскусили.

- Лиз, там в моей комнате, где-то в шкафу...найдешь, если не слепая, есть массажная щетка, а в ванне мочалка, но ее надо намылить. Вернешься – засеку время. - Босые ноги прошлепали в дальний конец дома.




Лейтенант Арден посмотрела на Тима, тот весь потный от бессмысленных усилий, лежал перед ней в беспомощной позе с руками за головой. Услышав как Лиз скрипнула дверью шкафа, Нэнси вдруг лукаво посмотрела на Тима и как бы невзначай локтем коснулась его шортов. Они тут же приподнялись


- Господин лей...

- Я Нэнси, пока ее нет. Не проболтаешься? – смуглая рука скользнула от его колена вверх и бесцеремонно нырнула в штанину.

- Нет, что Вы, она меня задушит из ревности...а ты

- Ей такое знать не положено.- она поиграла пальчиками,

- Выходит, мы опять сообщники,

- Выходит

- А может, не щекотать меня больше. – Нэнси нахмурилась

- Ты малолетку трахаешь под носом у матери, голову всю ей задурил, я же вижу! Не могу никак успокоиться.


Нэнси продолжала говорить что-то сердитое, но ее рука не дружила с голосом и вытворяла такое, что совратитель малолетних застонал, прикрыв глаза, вдруг задрожал всем телом...


- Что ты наделала?! Теперь она все поймет! – на модных светло-серых шортах красовалось несколько мокрых пятен, они медленно расползались. Тим смотрел на них в ужасе.

- Это ТЫ наделал, бабник, – шепнула лейтенант Арден, услышав шаги дочки.

- Ложись на живот, развратник! Быстро! – сказано было так, что Тим без помощи рук вмиг оказался вниз лицом.

- Мамочка, вот, я все нашла и мочалку намылила. Дай мне еще десять минут, ну пожалуйста. – Тим искоса оцарапал Ящерку недобрым взглядом, Нэнси устраивалась поудобнее верхом на его ногах у самой попы. Скованные руки Тим неудобно устроил возле головы, пятки свешивались с края кровати.

- А ты не смотри так хмуро, я тебя щас развеселю, - Лиз погладила его по волосам, но при этом была и в самом деле злая, в другой руке ее угрожающе вертелась мамина щетка. Нэнси глянула на часы

- Больше дела – меньше слов, -– Готовность десять секунд.- Лиззи подошла к пяткам, таким беззащитным и желанным, - и села на край кровати, обхватив их для верности ногами.



После того, что сделала Нэнси щекотка воспринималась настолько сильно, что Тим просто визжал как поросенок.


- И-И-И-И- ХА-ХА-ХА- ХА!! НЕ-Е-Е-НА-ДО!!-ХА-ХА-ХА, ЛИ-ЗИ-И-И-И-И ПУСТИ-И-И-ХИ-ХИ!!! Ноги было некуда спрятать, казалось, что щекотка с пяток проходит по спинному мозгу и наполняет все тело. Он изгибался в пояснице, вертелся и падал туловищем на кровать, но ноги оставались на месте: их мягко, но надежно прижали к кровати две его прекрасные мучительницы. Нэнси и Лиз смеялись, теперь они были почти заодно против Тима. А он заметил, что пока он лежит на животе – хоть на пузырь никто не жмет. Но эта щекотка!! Лизка его так злорадно мучает – садистка хренова.


-Лизка, я гляжу, на пятках ты лучше играешь. Попробуй мочалкой, а то этот совратитель выйдет сухим из воды. Я хочу увидеть, как он обделается!

- Я тоже, - Лиз привстала, подбирая мочалку с пола, потом села на прежнее место.

- А-А-А-А-А-А-ХА-ХА-ХА-ХАА-А-А, ПЕ-РЕ-СТАНЬ-А-А-А-А-ЩЕ-КОТ-НО-О-О!! Щекотка от мочалки оказалась какая-то липкая, отчаянно барахтаясь, Тим пытался уплозти от нее хоть на волосок. Нэнси прихватила его за талию, просунув пальцы под живот. К Тиму пришла спасительная мысль – сосредоточиться на ласковых руках лейтенанта Арден, вспомнить все, что они умеют. Это помогло: щекотка как-то пошла мимо, даже стало чуточку приятно. Он даже смеяться стал тише.

- Время! – Тим понял, что он победил: пытка закончилась, но он не подпустил ни капельки. Пусть они не скоро увидятся, но нос он ей утер. Словно издалека он услышал Нэнси.

- Проверяем работу! Переворачивайся, Казанова! – Тим сел на кровати, победно глядя на свою несовершеннолетнюю мучительницу, но ее глаза смотрели ниже, и расцвела злорадная улыбка. Тим проследил взгляд – ПЯТНА!! От этих щекоток он совсем забыл про них. Позор!! Лиз прыгала на одной ножке и пакостно захихикала:


- Уписался, уписался, не надо было плохие слова говорить. Такие слова только плохие мальчики говорят, а ты мальчик хороший. Она вдруг подскочила и поцеловала Тима в губы, тот даже не успел оттолкнуть или закрыться. Вся злость и обида растаяла, а потом ему шепнули такое...Не ослышался? Любит!.. пойми этих женщин...Тим пришел в себя, отдышался -


- Господин лейтенант, я свободен?

- Вину искупил, значит да. - Она открыла наручники. – Ишь ты, как дергался, Дон Жуан, теперь синяки будут. Тим сделал вид, что не услышал.

- Мне в гараж к двум часам, значит в десять надо выезжать, иначе опять скорость превышу.

- С желтыми пятнами? Я тебе свои спортивные штаны дам, потом вернешь. Ребята переглянулись – значит все хорошо. Нэнси вернулась, в руках пакет со штанами. Ребята уже обнимались. У Тима стучало в голове – не увидит ли Ящерка, что влага совсем не такая, как надо, и пятна не желтые, но Лиззи, похоже, было не до пятен.

– Вот, переоденься. - В ванной Тим кинул одежду под струю воды, надел немного свободны спортивные штаны Нэнси на голое тело, - словно к самой Нэнси прикоснулся. Из кармана торчала бумажка, на ней было написано аккуратным почерком:



Сладкий, ты думаешь, что если один выиграл, то другой проиграл? А вот и нет! Когда голова работает – выигрывают все стороны. Система “win-win”, слыхал? Научишься такому – считай, что уже взрослый.


Записку тщательно пережуй и перевари.


Сообщник.




Он пришел в себя от стука в дверь:


- Заснул? Пойдем кофе пить, тебе я покрепче сделала, чтобы глаза не закрывались за рулем.



Лейтенант Арден как-то неуклюже топталась в коридоре, ребята не могли даже обняться.


- Мамочка, дай я попрощаюсь с человеком.

- А я что, не даю? Пожмите руки и привет.

- Тим, пойдем на крыльцо, руки пожмем, а то мамочка такая строгая, – они вышли. Через несколько минут мотор заурчал, машина скрылась за поворотом. Лиззи вошла с горящими щеками. Нэнси покрутила пальцем у виска


- Ну ты даешь,

- Что, целоваться уже нельзя? После всего?

- Посмотри, ты ЭТО прямо на виду оставила, я заслоняла как могла – Нэнси пнула ногой старую объемистую сумку, из которой предательски торчал рыжий парик. Коробка с проводами и лампа были там же.


- Спасибо, мам, я сразу все забыла, когда он приехал. Он, вроде, ничего не заметил.

- Я постаралась

- А что, получится из меня актриса, мамочка?

- Неплохо сработано, особенно акцент и насморк.

- А какая грудь! А походку я целый час репетировала...Ты тоже подыграла здорово

- Что, даришь цветочек из своего букета, нахалка?

- Что ты, половина букета твоя. - Они смеялись как нашкодившие сестренки.

- А что бы ты делала без полицейской формы? И с работы я отпросилась на два часа.

- Ты его хорошо продержала там, пока я купалась и ногти эти дурацкие стригла. Что ты там придумала?

- Да так, импровизация.

- Мама, я серьезно. Когда...если он приедет – не проговорись про все это, а то я боюсь, он ужасно рассердится.

- Мне и самой про это болтать не резон. Так что мы сообщники.

- И все-таки, получится из меня актриса?, - Лиззи гордо посмотрела в зеркало

- Получится, получится...только зачем весь этот спектакль?

- Понимаешь, Тимми иногда такой надутый, важный, весь из себя профессор. В железках понимает, какую-то автоматическую коробку починил... а я, дескать, глупая, все женщины дуры, таланта у меня нет...Обидел!


- А зачем щекотать?

- Хотела ему мозги вправить, но по-доброму. Он такой хороший!! А со щекоткой я еще на пляже придумала, я его нечаянно за пятку, а он как подскочит!

- Нечаянно...Ну, вовлекла меня в свои игры.

- Зато теперь если что – ты мне поможешь его защекотать, у тебя вон сколько силы!

- Ты как-то неправильно с мужчинами обращаешься: щекотка, детский сад прямо.

- А что, мне нравится щекотать мальчишек, они такие забавные - я от этого вся горю!

- Мне казалось, мужчины для другого предназначены.

- Мамочка, ты в мужчинах плохо разбираешься!

- ?

- Вот ты говорила, что он налетит на меня как дикий кабан, а через минуту завянет.

- И что? - настороженно спросила Нэнси?

-- А он такой деликатный оказался, не спешил. Так поиграл со мной, думала, что на небо улечу. Не то, что этот дурацкий Джефф, он просто болван неотёсанный.

- Переболела, значит, девочка моя. И поумнела.

-Да, мам, а ты, хоть и взрослая, а в мужчинах так ничего и не понимаешь.

- Ты права, ящерица. Годы уже не те, – сказала Нэнси и улыбнулась одними глазами.



2010

— ◊ — — ◊ —

Сервер недоступен, отображение страницы невозможно